четверг, 19 января 2017 г.

О «пробивании» в литературе


Перед любым автором, который относится к литературе серьезно и амбициозно, после написания своих первых произведений встает задача – а что с ними делать. И решение задачи формулируется так: «пробиваться».

Давайте примем без доказательств, что это означает «стать известным писателем». Хотя все намного сложнее, но пока согласимся с этим.  Для решения такой задачи логично посмотреть, а как становились известными литераторами раньше. Здесь мы знакомимся с такими историями, как то: Габриэль Маркес тратя последние деньги, написал «Сто лет одиночества» и на последние песо отправил роман в издательство. Издатель роман издал, хотя в него не верил, но, неожиданно, книга стали продаваться бешеным темпом, да так, что тираж пришлось допечатывать. Помню даже такую фразу «потрясенное издательство».  Остальное Вы знаете. Следующая история: писательница Дина Рубина в возрасте 16 лет отправила свой первый рассказ, написанный от руки в тетрадке в журнал «Юность», его там заметили и напечатали, а дальше пошло как по маслу. Антон Павлович Чехов отправил свой первый рассказ «Письмо к ученому соседу» в журнал «Стрекоза», ему ответили «недурно» и положили по 5 копеек за строку. Это тогда было очень мало, но если считать, что в рассказе примерно 150 строк, то в переводе на сегодняшние деньги Чехов получил примерно около 50 долларов за свой первый рассказ. А уже известный Чехов получал по 12 копеек за строчку. Кстати, молодой Чехов сотрудничал где-то с пятнадцатью журналами и газетами.


Что нам дают эти истории? Ничего. Нет, никто не отменял случайно случившийся случайный случай, и эти случаи происходят и сегодня, но ситуация в «пробивании» в целом радикально изменилась.


Первое.


Сегодня издатели не ищут новых авторов. Более того, даже авторы, которые уже издавались, и имеют личные контакты в издательстве, сталкиваются с тем, что их новые романы не издают. Причина проста: издатель не может вернуть себе деньги, потраченные на тираж и маркетинг. Книжных магазинов мало, книги покупают плохо, к тому же среди книжных сетей очень распространено банкротство и «кидалово». В 19 веке не было интернета, телевизора, света не было, и чтение было главным развлечением. Сегодня, если человек и читает, то предпочитает скачивать произведения из сети, чаще всего бесплатно. Издательства этому не рады, как-то пытаются с этим бороться, но что делать в принципе – не знают. Ситуация-то новая. В целом количество читателей уменьшается, а количество писателей – увеличивается. Кризис и война добавляют негатива.

Если у тебя не роман, а сборник рассказов, то шансов просто нет – сборники рассказов неизвестных авторов давно никто не издает. Антон Павлович сегодня попал бы впросак со своими «Пестрыми рассказами» – первым своим сборником.


Что остается делать? Выкладывать свои романы в сеть просто так, бесплатно, что многие и делают. В надежде на его величество случай, что кто-то влиятельный в мире литературы заметит, оценит и даст ход. Тут нужно учесть, что на той же прозе.ру опубликовано 6 миллионов произведений и авторов там двести пятьдесят тысяч.  И опять, кто это может быть, этот влиятельный? Издатель? Так мы уже выяснили, что издатели не издают новых авторов за свой счет, так как нет ни единого шанса сделать проект коммерчески успешным.


Второе.



А что если отправить рассказ или повесть в журнал? Выясняется, что литературных печатных журналов почти не осталось. Те, которые есть, еле выживают.  У них осталось три-четыре сотрудника, которые явно не успевают читать тысячи произведений, приходящих на электронную почту. Происходят такие интересные моменты, когда через четыре месяца после отправки рассказа вдруг приходит письмо: «мы извиняемся, но вот сейчас, наконец, дошло время прочитать ваш рассказ». И тишина. Но если вдруг сойдутся звезды и даже рассказ напечатают, что с того? Кто читает сейчас литературные журналы, и какие у них тиражи? Той ситуации, когда одна публикация в «Юности» решала все, уже давно нет. И заметьте, речи о какой-либо оплате никто не ведет. Да автор сам готов доплатить, чтобы его напечатали. Помните мотив из повести Чехова «Драма на охоте». Герой приносит повесть в редакцию с целью «денег заработать». Такой сюжет уже стал историческим.


Сейчас появилось еще одно явление – сетевые журналы. Их становится больше. Опубликоваться там проще. Редакторы лояльнее. Проблема, как у всего интернета – разместил и, как-будто  в пропасть куда-то ушло. Откликов практически нет. Но это путь, тем более что выбора особенно нет. Размещение там, разумеется на безвозмездной основе. Некоторые из этих сетевых журналов издают впоследствии печатные версии, но кто их покупает, точно неизвестно.

Третье.


Еще можно писать пьесы. Пробовать себя в разных жанрах можно и нужно, чтобы хоть немного повысить свои шансы.  После написания пьесы начинается поход по сайтам театров. Интересная деталь – около 20-30% театров не указывают свой e-mail. Около двадцати процентов театров указывают на сайте e-mailзавлита (заведующего литературной частью), что может свидетельствовать о том, что завлит, возможно, читает то, что ему присылают (что, кстати, является его прямой служебной обязанностью – поиск новых пьес). И действительно, существуют завлиты, которые читают присылаемые им пьесы. Я получил на свою первую пьесу положительный отзыв от завлита московского театра! И еще один отзыв условно-позитивный. Но это на где-то отправленных сто писем. Пришло еще около пяти ответов, что «пьесу получили, почитаем».


Какая проблема есть с театрами?  Большие академические театры боятся неизвестных авторов и неизвестных пьес. Директора боятся, прежде всего. Просят режиссеров поставить что-то известное, предсказуемое, чтобы не рисковать и иметь меньше гембеля. Есть вариант: если автор приходит в театр с финансовой поддержкой, а режиссеру пьеса нравится, то театр вполне может пьесу и поставить. Но денег нужно много, костюмы, декорации и все такое прочее. Конечно, в этом случае все поставлено с ног на голову, ведь это директор театра должен искать деньги, а не автор, но потому, что так все запущено, тему и называют «пробивание», а не «рост популярности» или что-то подобное. Ну, и как вы поняли, даже положительный отзыв завлита ни к чему не ведет. Завлит в театре человек маленький. Можете почитать мою миниатюру «Барьеры новоиспеченного драматурга».

Четвертое.


Киносценарии. Я начинал свое прозаическое творчество именно с киносценария. И многие так делают. Причина проста – кинодраматургия чуть ли не единственная область литературного творчества, где могут заплатить за писательский труд действительно приличные деньги. Если заметят сценарий и не кинут. Вся остальная литература сейчас стала бесплатным занятием. И приятное: на сайтах кинокомпаний почти всегда есть e-mailили формы для заполнения, вот мол, господа сценаристы, сюда шлите свои опусы!  Но подводных камней в кинодраматургии много, отсылаю на форумы и сайты киносценаристов. Основная проблема сейчас – в Украине очень мало кинокомпаний, так как у кино свои проблемы: нет денег, мало кинотеатров, пиратство и т.д. На телевидении дела обстоят немного лучше, но для ТВ нужно уметь писать, и там хотят сериалы, а писание сценариев сериалов в команде, как говорят, является каторжным трудом и мало похоже на творчество. Но если предложат, не отказывайтесь, сами узнаете, почем фунт лиха. Нужно еще отметить, что написание сценариев, как правило, не ведет к появлению у автора «имени». Все лавры достаются режиссеру и актерам, и это справедливо. Под понятие «известный сценарист» подпадает пара-тройка человек за всю историю кино.

Пятое.

Конкурсы. Есть конкурсы, их довольно много. Поэтические, прозаические, драматургические, общие. В них нужно участвовать. Кто не пытается, ничего не достигнет. Какие проблемы с конкурсами? Часто даже победа или занятие призовых мест   в них ни к чему не ведет, кроме морального удовлетворения (что немало, но недостаточно). Ведь автору нужно пробиться к своему читателю, а читатели чаще всего не следят за конкурсами. Внимание прессы к победителям тоже может быть однократное, или его может не быть вообще. Вторая проблема с конкурсами – это кумовство. Кумовским бывает либо весь конкурс, либо его часть. Например, отбор в лонг-лист (первый этап) – объективный, а дальше кумовство. Либо, наоборот, шорт-лист (второй этап) изучают и судят действительно уважаемые люди с именем, но кто и как отбирает для шорт-листа непонятно совсем. Ну и часто возникает вопрос: а сколько победителей конкурсов стали впоследствии известными писателями или драматургами (хоть кто-то вообще стал)? И положительный ответ на этот вопрос есть только для конкурсов, число которых можно сосчитать на пальцах одной руки.

Шестое.


Литературные студии. В каждом городе есть кружки, мероприятия, где собираются писатели, поэты почитать свои произведения. В Одессе таких мест несколько. Ходить сюда стоит, чтобы хотя бы потренироваться в чтении перед аудиторией (потом пригодится). Проблемы здесь те же – все это плескание в местном болоте, и выхода куда-то «туда» из этих студий нет. Кроме того, обычные читатели туда ходят крайне редко, а автору нужно найти отклик именно среди читателей, т.е. непишущих людей, ибо пишущие, по определению хвалят свое и ругают чужое.

Седьмое.


Альманахи. Ситуация в литературе настолько запущенная, что некоторые отчаявшиеся начинают издавать альманахи, где печатают себя и своих друзей. Иногда эти альманахи платные для посторонних. Альманахи эти тоже бывают печатные и/или электронные. С одной стороны, это хорошо, люди проявляют активность, тратят свое время, какие-то средства на издание, чтобы вдохнуть хоть какую-то жизнь в полумертвый литературный процесс. Но тут есть одна концептуальная проблема. Кто эти люди, которые берутся за издание альманахов? Известные писатели или поэты? Тут нужно сказать, что на сегодняшний день в городе Одессе не проживает постоянно ни один писатель или поэт хотя бы с всеукраинской известностью.  И таких людей на всю Украину всего человек пять. Издание альманахов – это, кстати, тоже один из способов пробивания, и в биографиях многих писателей мы читаем, что они стали известны благодаря изданию журналов или альманахов. Альманахи привлекают какое-то внимание прессы, литературоведов, филологов, иногда читателей. Но, а если издатели альманахов не имеют таланта, попросту графоманы или полуграфоманы? Тогда они в жизни никого не откроют и не продвинут. Институализированная графомания – вреднейшая вещь. Она оттягивает на себя и так небольшое внимание прессы и общества, и на долю талантливых и неизвестных авторов ничего не остается. А идти к институализированным  графоманам – бесполезнейшая вещь. Для графоманов все новое и талантливое очень опасно, оно угрожает их существованию, освещает болото солнечным светом, при котором становится ясно, кто есть кто. Институализированные графоманы ощущают себя как бы « в законе», они организовывают новые союзы писателей, или вступают в существующие, им нужны те, кто признает их главенство в литературе, т.е. другие графоманы. Которые дрожащими руками будут приносить им свои произведения и говорить «вот посмотрите, конечно, оно не совершенно, но может быть…» А институализированный графоман в ответ милостиво посмотрит и скажет, что «вот тут зерна совсем нет, а вот тут я могу поработать и исправить, и тогда уже будет лучше». Кстати, навязчивое стремление править чужой текст –  верный признак институализированного графомана. Настоящий автор дорожит своим творчеством, не позволяет никому в него вмешиваться, и, следовательно, ценит творчество других и не «бежит» исправлять других, а просто дает свой отзыв, чаще всего развернутый и логичный. Графоманы сбиваются в стаи, это их отличительный признак. Вспоминается шутка Аркадия Райкина на юбилее Утесова: «Вот мы идем по вашему любимому городу, Леонид Осипович. Вот дом, в котором когда-то  жил и творил один Пушкин. Теперь здесь Союз писателей».

Восьмое.


Издавать себя самому. Это проще простого, были бы деньги. Ведь издательства никуда не делись, они просто перекрасились, называются издательствами, а стали, по сути, типографиями. За деньги автора издадут сколько хочешь, любым тиражом и в любом формате: в мягкой обложке, в твердой, в яблоках и т.д. Пощупать свою книгу очень приятно. Очень многие сегодня идут по этому пути. Но вопрос остается такой же: а что дальше? Есть ли у вас дома место для хранения вашего тиража? Книги нельзя хранить на балконе или в гараже. Не нанесет ли стопка пылящихся книг, занимающая место любимого  фикуса  вашей жены, непоправимый ущерб для вашей семейной жизни? Издательства есть разные, некоторые помогают своим авторам в продвижении. Это может быть продажа книги в своем магазине (если есть), дистрибьюция по другим магазинам (если занимаются), участие в выставках (если участвуют). Тут нужно помнить: книги неизвестных авторов не продаются в магазинах совсем.  В магазин 85% посетителей приходят за конкретной книгой, а не просто походить-полистать. На выставке, которая проходит раз в год, на стенде издательства, может быть, один-два экземпляра вашей книги продадут. Если это произойдет, это будет прекрасно.


Есть еще один вариант: сегодня можно себя издать самому без всякого издательства в интернете на специальных сайтах по технологии «печать по требованию» (print-ondemand) или просто разместить обработанную электронную версию книги  для скачивания за небольшую плату и самому раскручивать книгу через социальные сети и блоггерские площадки. В англоязычной литературе известны примеры успеха. Критики скептически относятся к этим произведениям, но может они просто брюзжат? Проблемы – в Украине я не знаю ни одного такого электронного издательства, нужно идти на американские или немецкие сайты. Продажи могут быть только, если книга попадет на Amazon, но даже там, как говорят знающие люди, русскоязычная художественная литература  не продается. Совсем. Даже если вдруг кто-то что-то купит, то придется решать задачу получения денег, она решаема, но затруднена, особенно для маленьких сумм. PayPalв Украине все еще односторонний.  Даже на издание книги в интернете тоже придется немного потратиться: на редактора, корректора, и художнику-дизайнеру за обложку. Если вы хотите брать за книгу деньги, то разве можно допустить, что бы там было несколько десятков ошибок?

Ну и возникает в итоге вопрос, а куда неизвестному талантливому автору податься?


Советы знающих людей: «нужно создавать имя, а не думать о заработках, а когда будет имя, тогда может быть, кто-то и заплатит». Писатель, помимо написания книги, должен еще участвовать в книжных выставках (стенд, стол, баннер и т.д.), пробиваться на телевидение, организовывать промо-туры по городам и весям, где на литературных вечерах, а если можешь, театральных представлениях одного актера продвигать свое творчество. Не умеешь выступать перед людьми? Не станешь ты великим писателем. Иными словами, ситуация в литературе сейчас стала такой же, как в шоу-бизнесе. Кто-то и ты сам, или просто ты сам, должен вложить в тебя средства, силы и время, для того, чтобы раскрутить себя, иначе, какой бы ты ни был талантливый, никто про тебя не узнает. Реклама, поездки, аренда залов, продвижение и многое другое из типичного арсенала маркетолога. Если за деньги можно раскрутить жидкость для мытья посуды, то можно раскрутить и автора. Но за это кто-то должен заплатить. Если жидкость окажется плохой по качеству, то когда рекламные деньги закончатся, про нее забудут. Если качество отменное, то потребитель будет ее покупать даже тогда, когда воздействие рекламы закончится. Если литература качественная, то читатель автора запомнит, и может быть когда-то начнет работать сарафанное радио. Но были исследования, что эффект сарафанного радио возможен, когда уже есть пару десятков тысяч пользователей (читателей). Сегодня двадцать тысяч читателей – это космическое число. Кроме того, когда в последний раз вам задавали вопрос «а что ты сейчас читаешь»?

В конечном счете «пробиться» – это достигнуть определенного уровня известности. Это то же самое, что и «рейтинг» в маркетинге. Сколько людей из тысячи опрошенных назовут имена Жадана, Андруховича, Забужко, Куркова? Если бы кто-то провел такой опрос, мы бы узнали количественную оценку термина «пробился». Рейтинг у «пробившихся» выше, чем у многих журналистов, пишущих на творческие темы. Поэтому, эти журналисты хотят взять интервью у «пробившихся», так как тот, у кого рейтинг меньше выигрывает от такой встречи. Алла Пугачева как-то сказала, что интервью – это материальная помощь журналистам. Но это для нее так, так как ее рейтинг, вероятно, максимальный – сто процентов.

Вывод из всего написанного: хочешь стать писателем, – ищи высокооплачиваемую работу. Но и тут есть нюанс. На работе, за которую хорошо платят, такой трудовой режим, что в свободное время ничего не хочется, кроме отдыха, куда уж там романы писать.


Проблема «пробивания» имеет тенденцию к ухудшению. Как я уже говорил, писателей все больше, читателей все меньше. Я думаю, что придет время, когда первым читателям придется платить за прочтение и написание отзыва. Когда-то, во времена Пушкина было достаточно написать что-то талантливое в альбом барышне, и на следующий день все высшее общество знало, вот появился такой-то талантливый автор. Но те времена давно прошли. Но с другой стороны, и раньше все было очень непросто. Вспомним такие факты: Рей Бредбери шесть лет жил за счет жены Марго, которая верила, что ее муж станет знаменитым, и требовала от него, чтобы он не отвлекался от писательства, и оказалась права, когда Рей написал свои «Марсианские хроники». Сомерсет Моэм пробивался десять лет, пока не поставили в театре его первую пьесу. «Смерть коммивояжера» была девятой пьесой, которую написал Артур Миллер и первой, сделавшей ему имя. А один писатель в интервью сказал, что он пятнадцать лет рассылал синопсисы в разные издательства, прежде чем был опубликован его первый роман. Как он жил все это время, остается загадкой.

Автор: Павел Макаров



#Одесса #Советы #Литература #Рассказ

вторник, 3 января 2017 г.

Автограф Роберта Шекли



Ровно десять лет назад, 21 апреля 2005 года, нашу Южную Пальмиру посетил с визитом американский писатель-фантаст Роберт Шекли. Мне не только удалось с ним пообщаться, но и заполучить автограф.

Иногда жизнь, преподносит такие неожиданные приятные сюрпризы, что человек, не может даже и помыслить. День начинался как обычно, серо и буднично, и с утра не сулил ничего примечательного. Отправляясь на работу в фонды Одесского Литературного музея, я даже не мог предположить, какую удивительную встречу мне готовит судьба.

В те годы мне довелось сотрудничать с известным публицистом, писателем, академиком - В. Р. Файтельберг-Бланком, Трудился я в архивах, музеях, библиотеках нашего города над книгами: «Бандитская Одесса 6-9», кроме этого занимался подбором материалов для будущей книги: «Бронзовый век Южной Пальмиры». Придя на работу и получив под расписку: старинные журналы, книги и газеты, неторопливо приступил к их изучению.

Неожиданно двери распахнулись, и на пороге появилась главный архивариус – Евгения Александровна, которую переполняли эмоции. Она жестикулировала и говорила загадками:

« Вячеслав, вы даже не представляете, какой человек нас посетил? Я никогда не могла себе такое даже представить?»

- А кто приехал? – оторвавшись от старинной газеты, спросил я.

- Роберт Шекли!

- Кто, переспросил я, - не поверив, услышанному.

Здесь необходимо прояснить, что в юности одно время я, страстно увлекался этим жанром, перечитал почти все сборники советской и зарубежной научной фантастики. В те годы Роберт Шекли и Гарри Гарриссон с их произведениями были моими кумирами.

- Роберт Шекли – повторила Евгения Александровна и добавила, - американский писатель-фантаст, специально приехал по приглашению фантастов, города Киева.

- А что он сейчас в Одессе?

- Он сейчас здесь в нашем литературном дворике, даёт интервью Жене Голубовскому – прозвучал ответ архивариуса.

Эти слова решили всё, мгновенно прервав работу и спрятав материалы в портфель, я выбежал из архивного помещения и направился в Сад скульптур, где в окружении телевизионщиков, фотографов и журналистов, на колченогом стуле восседал, американец в очках, в синих джинсах, клетчатой рубашке и спортивной куртке. Знаменитый фантаст сидел сцепив, узловатые пальцы, рядом на табуретке, расположился с микрофоном наш известный одесский журналист, редактор газеты «Всемирные одесские новости», зам.редактора альманаха «Дерибасовская-Ришельевская», вице-президент Всемирного клуба одесситов, составитель, комментатор, автор предисловий более чем двадцати книг – Евгений Михайлович Голубовский. Вокруг сновали представители прессы, поклонники и работники Литературного музея.

Подойдя к одному из журналистов, я поинтересовался: «А долго ли будет длиться интервью?- А в голове промелькнула мысль, неплохо бы достать, книгу или хотя бы получить автограф, так как пообщаться всё равно не получится, ведь знанием английского языка я владел на уровне средней школы.

- Ну, наверное, ещё минут двадцать - поведали мне телевизионщики.

Успею на книжный рынок, - подумалось мне. (тогда «книжный рынок» располагался на Греческой площади),

Мысль заполучить автограф Шекли, меня подгоняла. Сперва я забежал, в магазин Литературного музея, однако книг Роберта Шекли в продаже не оказалось. Далее продолжил путь по Дерибасовской и вдруг мой взгляд упёрся в витрину нового книжного магазина, под звучным названием «Книжна Перлина».

Забежав туда, я с порога выпалил: «У вас книги Шекли есть?»

- Нет, ответили мне из-за прилавка и продолжили - За два дня все раскупили.

- Жаль - ответил я огорчённо.

- Но есть Шекли и Желязны, продолжила высокая, статная женщина, последняя книга носит название: «История рыжего демона». И достала с полочки внушительный том.

- А сколько стоит? – поинтересовался я.

- Цена на обороте.

Перевернув книгу, я увидел, что её стоимость тридцать две гривны девяносто копеек. Покопавшись в кошельке и карманах, мне удалось наскрести только двадцать девять гривен с мелочью. Это было полное фиаско. Ведь мне не хватало почти три гривны. Но я не собирался сдаваться, шарил по карманам в поисках мелочи, или крупной купюры.

- Вы так себя ведёте, будто встретили этого писателя.

- Да, вылетело у меня и теперь мне не хватает на книгу, каких-то двух гривен с мелочью.

- Ладно, давайте, сколько есть, - произнесла продавец, вы ведь занесёте остальное…
Получив книгу, я быстро помчался обратно и как раз успел во время. Интервью закончилось, телевизионщики паковали аппаратуру, а Роберт Шекли не спеша прогуливался по двору, рассматривая скульптуры. Со своей книгой я застыл в нерешительности, возле фонтана, не зная, как и подойти к Великому Человеку.
И вдруг я услышал голос Евгении Александровны: « Вячеслав не робейте». Она подошла к Евгению Михайловичу Голубовскому и что-то ему сказала, Он подошёл к Роберту Шекли, что-то ему прошептал, а затем подозвал меня. Вид в тот момент у меня был, как и полагается после хорошего кросса – волосы слиплись от пота, одежда прилипла к телу, обильная отдышка. Но мне удалось взять себя в руки.
Евгений Михайлович объяснил, что я специально бегал покупать эту книгу, чтобы получить автограф.

Я подошёл и молча, протянул «Историю рыжего Демона» и ручку, Роберт Шекли взял книгу, однако, подписывать её не спешил.

Он поинтересовался, какие из его рассказов мне удалось прочесть. Евгений Михайлович Голубовский соблаговолил быть переводчиком.

Мне припомнилось названия около десятка рассказов: «Абсолютное оружие», «Страж-птица», «Корпорация Бессмертие», «Цивилизация Статуса», «Обмен Разумов», «Десятая жертва», «Призрак -5» и другие. В беседе отметил, что почти все его рассказы наполнены философским содержанием и удивляют необычностью развязки.
Затем я поинтересовался, много ли у него фанатов в Америке?

Его ответ меня удивил. Роберт Шекли поведал, что в Соединённых Штатах считается обыкновенным писателем и там его имя не вызывает такого ажиотажа, как в Одессе или Киеве.

После этого он спросил, читал, ли эту я книгу.

- Я сказал, что нет, но обязательно прочту, так как на ней будет стоять автограф Великого Писателя Фантаста.

- Шекли улыбнулся и сказал, что я его настоящий читатель. После этого он подписал книгу своей ручкой, А после пожал мне руку.

Его рукопожатие было дружеским и тёплым, мне как будто показалось, что творческая энергия, исходящая из его него, выплеснулась мощным потоком и пронзила моё естество. Настолько сильным был творческий посыл, в этом было нечто мистическое.
Затем мне подумалось, что неплохо спрятать «Историю рыжего демона» в портфель подальше от посторонних глаз. И в этот момент пришло понимание, что портфеля с документами у меня в руках нет. В срочном порядке, отправился в архив, но в там, его не оказалось, затем в библиотеку, там мои поиски тоже были тщетными. Значит, я его забыл в книжном магазине, и уже было нацелился туда, но какого, же было моё удивление, обнаружив портфель, спокойно стоящим на ступеньках в фойе Литературного музея, где я его оставил.

Выйдя снова в Сад Скульптур, я не поверил своим глазам, Никого! Лишь только молчаливые истуканы хранили память о произошедшем сегодня.

На следующий день Роберт Шекли отправился в Киев, где сильно заболел. Это был последний приезд в Украину, великого писателя фантаста.

Через полгода, он ушёл из жизни 9 декабря 2005 года в Покипси, штат Нью-Йорк, Но навсегда в моей памяти запечатлелась эта встреча, ведь у меня не только осталась книга с автографом, но и рукопожатие Великого мастера классика мировой фантастики - Роберта Шекли.

Историческая справка. Биография.

«Почему именно фантастика?» — часто спрашивали Роберта Шекли. Ответ мэтра был неизменным: «Только она дарит творцу полную свободу».

Роберт Шекли (Robert Sheckley)– Классик мировой фантастики американский писатель родился в 1928 году в Нью-Йорке, вырос в Мэйплвуде (штат Нью-Джерси), а затем вновь возвратился в Нью-Йорк. Любознательность – была одной из его главных черт. В юности Роберт увлекся творчеством таких авторов, как Роберт Хайнлайн, Джон Кольер, А. Ван Вогт, . После окончания школы учился в Нью-Йоркском университете, специализируясь в гуманитарных дисциплинах. Много времени проводил в университетской библиотеке, где изучал труды великих философов (Канта, Локка, Платона, Аристотеля, Юма и др.). Интересовался развитием науки и техники, выписывал научную публицистику.

После окончания университета был призван на армейскую службу с 1946 по 1948. Роберту Шекли повезло он, не участвовал в военных баталиях, там он работал год — редактором полковой газеты в оккупационных войсках. Как он вспоминал в своем интервью. «Мы стояли в Корее около города Кей-Сан, где проходила граница между севером и югом».

С начала 50-х годов Шекли пробует свой талант на писательском поприще, в жанре научная-фантастика. За последующие десять лет он написал несколько сотен коротких, остроумных фантастических рассказов.

В 1954 г. Шекли получает награду «Лучший дебют» — самое высокое звание наиболее перспективному молодому автору в фантастике. Многие коллеги по перу и критики признавали его лучшим фантастом 50-60-х годов. Успех юмориста и сатирика принесли рассказы середины 50-х годов, представленные в сборниках - "Нетронуто руками человека", "Гражданин в космосе" и т.п.

В 60-е годы он активно печатает свои фантастические рассказы в самых известных журналах, Его рассказы были настолько непредсказуемы, настолько остроумно вывернуты наизнанку, а идеи столь многочисленны и оригинальны, что ему часто задавали вопрос о приёме наркотиков и пользе наркотического опьянения для творчества. Шекли признал: было время, когда он принимал подобные средства, однако это никак не было связано с его творчеством. Его перу принадлежат также несколько детективных рассказов, написанные в основном под псевдонимами.

Шекли пробовал себя во многих жанрах: писал сценарии 15 эпизодов для телесериала «Капитан Видео» (Captain Video) и несколько новелл цикла «По ту сторону зелёной двери» («Behind the Green Door»), которые были прочитаны по радио, в те годы известным актёром Бэзилом Рэтбоном,

В 70-е он много путешествовал, ходил под парусом, работал редактором журнала «Omni». В 1991 году Роберт Шекли был отмечен наградой имени Даниэля Галлана (Daniel F. Gallun) за вклад в жанр научной фантастики.
В 1998 в Санкт-Петербурге ему была вручена премия «Странник» за вклад в области юмора и научной фантастики.

1999 года Шекли подружился со своим поклонником, итальянским писателем Роберто Квальей (вице-председателем Европейского общества научной фантастики с 2002 г.), у которого часто и долго гостил в Генуе и вместе с которым много путешествовал по миру, давал интервью, участвовал в ток-шоу и выступал на телевидении, и с которым планировал написать две совместные книги. Книги были начаты, но не закончены из-за смерти писателя.

Шекли был женат пять раз. У него есть сестра Джоан Клейн; сын Джейсон от первого брака; дочь Алиса Квитней от второго; дочь Анна и сын Джед от третьего; а также три внука. В последний период жизни Роберт Шекли был женат на писательнице Гэйл Дане. В последние годы он жил на Ивисе вместе со своей пятой женой. Впоследствии — в одиночестве. Шекли писал немного, почти не издавался, жил скромно, болел, часто нуждаясь в средствах.

Помня о своей популярности в России и на Украине (где фантастика всегда была развита, и куда он неоднократно приезжал по приглашению в качестве почётного гостя). Оставшееся время жизни Шекли рассматривал возможность поселиться на черноморском побережье — недорогом, тёплом и романтическом месте, располагающем к творчеству. Однако этим планам не суждено было сбыться.

Весной 2005 г. во время визита на Украину на литературный конвент «Портал» состояние здоровья Шекли вследствие простуды, перенапряжения и преклонного возраста резко ухудшилось, и он был госпитализирован, затем перевезён в США. Роберт Шекли не смог поправиться и ушёл из жизни 9 декабря 2005 года в Покипси, штат Нью-Йорк.

Роберт Шекли сотрудничал с такими фантастами, как Роджер Желязны, Гарри Гаррисон, Харлан Эллисон и другими. Был близким другом фантаста-сатирика Уильяма Тенна. По произведениям Шекли снято четыре кинофильма: «Десятая жертва» (1965, в гл. роли Марчелло Мастроянни), «Беглец» (1992, др. название «Корпорация „Бессмертие“», в гл. ролях Эмилио Эстевес и Мик Джаггер), «Побег с Адского острова» («Escape from Hell Island», 1963), «Цена риска»(1983). В 2007 году была экранизирована повесть «Страж-птица» в сериале «Хроники будущего» (Masters of Science Fiction).

В среде любительского кинематографа также нашлись поклонники творчества Шекли. Так, на Украине был снят любительский короткометражный фильм «Премия за риск» (2009) по одноимённому рассказу.

Автор: Вячеслав Слисарчук

#Одесса #Рассказ #Литература #История

Дом, в котором не живут или Как решить неразрешимую проблему?



– Есть ли в Советском Союзе публичные дома?

– Нет, но есть дома отдыха!

Старый анекдот

Стали общим местом слова о том, что в СССР не было секса. Это, разумеется, неправда. Он, конечно, был, иначе мы бы не размножались. Другое дело, что он был чаще всего пылким, торопливым и не продуманным из-за обоюдной неопытности. О «жрицах любви» и публичных домах мы узнавали в основном из литературы, в том числе и «самопальной», а особо счастливые – из иностранных кинофильмов отнюдь не из кинопроката. Ходили по рукам и всяческие руководства по сексу в «слепых» копиях. Так же читали и «запретные» произведения классиков, в число таковых попадали не только «Лука Мудищев», но даже «Сказки тысячи и одной ночи», которых некоторые родители не давали детям. Одной из самых популярных и талантливых из них стала повесть нашего с вами почти земляка Александра Куприна «Яма».

На фестивале «Молоко» творческое объединение DIY (Харьков) показало спектакль «История дома свиданий «Яма» по этому произведению, когда-то считавшемуся скандальным и по этой причине запрещенному в некоторых странах. Режиссер театра и постановщик спектакля Олег Дидык выбрал необычную форму, не театральную, а скорее, «клиповую». Из общего полотна действия «выбраны» фрагменты с участием двух-трех актрис. Каждый фрагмент, каждый «кадр» рассказывает об очередной женской истории, об одной женской судьбе. По разным причинам они попали в дом свиданий, у каждой причина остаться здесь. Деревенская девушка, для которой это единственный путь выйти если не в свет, так в «полусвет». Здесь город, здесь люди, которых она не видела и не могла видеть у себя дома. Другая собирает деньги на будущее, а есть ли оно у нее? Еще одна вроде бы нашла свою судьбу – появился влюбленный юноша, строящий планы их дальнейшей семейной жизни, но что она умеет? А ничего, только ублажать развратников. И тут нет будущего. Самая трагичная судьба досталась красивой, рыжей, как солнце девушке Жене, которую заразил сифилисом клиент. Теперь она мстит всем мужчинам за свою сломанную и искалеченную жизнь, пожалев лишь юного кадета, влюбившегося в нее. И все равно ее ждет смерть.

Проституцию называют древнейшей профессией. Возможно, это так, хотя, скорее всего, первой была профессия сторожа или охранника. Сколько веков и тысячелетий она существует, столько же времени с ней борются. Ее то запрещают, то разрешают, но ограничивают, то снова запрещают. В СССР она после Ленина была запрещена, хотя на самом деле продолжала жить. Так что же делать с проституцией? Запретить нельзя узаконить? Есть масса доводов как «за» легализацию проституции, так и «против» нее. Главные «козыри» противников – аморальность, унизительность для женщины и опасность венерических болезней. А разве строить дороги, рыть траншеи, мыть туалеты – не унизительно для женщины? При легализации проституции резко снизится количество как венерических болезней, так и половых преступлений. Еще в далеком 18 веке британский философ Бернард де Мандевиль в философском труде «Басня о пчелах» писал, что в стране, где разрешена проституция, отцы спокойны за своих дочерей, братья – за сестер, а мужья – за жен. Как ни странно кажется с первого взгляда, но публичные дома снижают даже … количество разводов. Ведь очень часто любовная связь на стороне сейчас приводит к разводам и распаду семей. Сложный вопрос, но решать его рано или поздно надо. Ведь можно воспользоваться опытом передовых стран, где созданы отдельные «кварталы красных фонарей».

Замечательно, что постановщик и творческий коллектив не пошли по пути «желтой прессы» и смакования пошлостей и интимных подробностей, честно и искренне рассказали о сложных женских судьбах и об общечеловеческих ценностях, соблюдая меру и такт.

Автор: Леонид Кучеренко

#Одесса #Рассказ #Литература

«ПИВНОЙ ДЕДУШКА» Наверное, в каждом большом магазине есть такой чудаковатый покупатель из разряда «ёрли бёрдс», то есть ранних...